Взвод продолжает удерживать позиции на плацдарме , после ночной атаки и отошедшего немнцкого снайпера наступило небольшое затишье

«На плацдарме мы постоянно окапывались. Меняли ячейки. Нельзя было немцам позволить присмотреться к нам, пристрелять наши позиции. Да и снайпер тот, чуяло-таки мое сердце, не насовсем ушел…
21 апреля, еще не рассвело как следует, я отправился к командиру роты на его командно-наблюдательный пункт. Там же я застал связного из штаба батальона. Ротный мне сказал, что меня срочно вызывает к себе комбат Лудильщиков. «Зачем? спросил я.

Во второй роте все офицеры ранены. Я рекомендовал тебя», — сказал старший лейтенант Макаров.
Комбат сперва спросил о взводе. Я доложил: 18 солдат автоматчиков, в том числе два сержанта, все в строю, четыре исправных пулемета, 19 автоматов. Ранен, говорю, только один автоматчик во время нелепой атаки направлением на ветряки. Раненого отправили за Днестр. Доложил и о немецком снайпере. Поинтересовался он и тем, кто отдавал приказ на атаку ветряков. Выслушал и, ничего в ответ не сказав, только выругался. И сказал уже доброжелательно: «Принимай роту. С наличием огневых средств разберешься на месте. Возможно, там у них в роте пулеметов меньше, чем у тебя во взводе. Но воевать надо. Задача: не допустить прорыва немцев через свои позиции. Иди. В роте уже вторые сутки нет офицеров».
Сначала я со связным отправился в свой взвод, назначил за себя командовать взводом одного из сержантов. Потом пополз в первый взвод второй роты. Взводом командовал сержант. Он тут же доложил: во взводе 21 человек, вооружены винтовками, патронов достаточно. Взводный, сказал он, младший лейтенант, вчера был ранен и отправлен на паром, а кроме «лейтенанта, трое раненых и двое убитых. «В строю осталось 16 человек, — подытожил сержант. — Два ручных пулемета, два автомата, 12 винтовок. Гранат достаточно».
Я осмотрел их позиции, окопы. И тут же приказал сержанту, чтобы взвод отрыл новые окопы. «Даю вам тридцать минут. Оружие держать при себе. Ячейки отрывать конусные, а не такие могилы, какие вы тут себе накопали. В стенах — никаких нор. При артобстреле завалит, похоронит заживо. Действуйте
«В первых двух окопах солдаты заворчали. Они слышали наш разговор. Не хотелось им покидать свои просторные, обжитые окопы. Тогда я сказал, чтобы слышали все: «Я плохого вам не желаю. Это приказ. Выполняйте».
С наступлением темноты на позициях первого взвода застучали саперные лопаты. К середине ночи новые окопы были отрыты. Взвод затих. Сердце мое успокоилось.
Со связным я отправился во второй взвод. Там были отрыты нормальные окопы, а не могильники, как в первом взводе. Здесь тоже командовал сержант. Командир взвода, лейтенант, был ранен осколком мины в первом же бою. Здесь по списку числилось 22 человека, но за время боев было ранено пятеро солдат, двое убиты.
В «строю оставалось 14 человек. Один ручной пулемет, три автомата и 10 винтовок. В 15–20 метрах позади взвода находилась позиция станкового пулемета
Мы поползли к пулеметчикам. Позиция у них была хорошая. Они полностью контролировали подходы к опушке леса. Окоп отрыли правильно. «Максим», укрытый плащ-палаткой, стоял на дне окопа. Первый и второй номера сидели тут же, набивали пустые ленты патронами. Запас лент они приготовили хороший. «Запасная позиция есть?» — спросил я. «Есть. Вот там». И первый номер указал на ивовый куст метрах в сорока от нас. Позиция «максима» находилась на стыке второй и третьей стрелковых рот.
Утром я отправил комбату донесение о численности роты, наличии оружия и боеспособности личного состава.

воспоминания лейтенанта пехотинца

Источник >>>

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *