Фото: П.Г.Карамзин, командир тунгусских отрядов (второй слева в верхнем ряду).yakutiakmns.org/

В этот день, 13 февраля, тунгусские отряды отражают попытку прорыва советских частей к Оймякону. В 1924-1925 годах произошло так называемое тунгусское восстание — вооружённое выступление повстанцев из представителей коренных народов Севера в Якутии и районах Северо-Востока, вызванное неоправданными действиями местных властей.

Тунгусское повстанческое движение в 1924—1925 гг. охватило Охотское побережье и восточные районы ЯАССР. Основной причиной его возникновения стало отделение Охотского края от Якутии в апреле 1922 г. и его передача в состав Приморской и Камчатской областей. В результате в то время, когда в Якутии проводилась новая военно-политическая линия в условиях НЭПа, на Охотском побережье местное партийно-советское руководство и органы ОГПУ продолжали вести политику террора против местного населения. Заставляя платить непомерные налоги, чекисты пулеметным огнем расправлялись с мирными охотниками. Аборигенов беззастенчиво обирали, установив непомерные “налоги” буквально за все: за убитую дичь, оружие, дрова, собак, ободранную кору деревьев и т.д. Дело дошло до того, что с них стали брать старые долги, установленные белогвардейцами в 1919-1923 гг. Представители советской власти не знали языка тунгусов, быта, нравов. Отсутствовали национальные школы, не было ни одного аборигена в составе государственных учреждений.

10 мая 1924 г. восставшие под руководством М.К. Артемьева заняли населенный пункт Нелькан. Захваченные в плен советские работники А.В. Якуловский, Ф.Ф.Попов, Корякин были отпущены на волю. 6 июня мятежники численностью 60 человек под руководством тунгуса П. Карамзина и якута М.К. Артемьева после 18-тичасового боя захватили порт Аян. Во время боя были убиты начальник ОГПУ Суворов и три красноармейца, а сдавшийся гарнизон был освобожден тунгусами и отправлен в Якутию.

В июне 1924 г. в Нелькане мятежники созвали съезд аяно-нельканских, охотско-аянских и маймаканских тунгусов и якутов. На нем избрали Временное Центральное Тунгусское Национальное Управление, которое решило отделиться от Советской России и образовать самостоятельное государство. М.К. Артемьева выбрали начальником штаба вооруженных отрядов, а начальником всех отрядов тунгуса П. Карамзина.

14 июля 1924 г. в Аяне состоялся Всетунгусский съезд Охотского побережья с прилегающими к нему районами, объявивший о независимости тунгусского народа и о неприкосновенности ее территории с морскими, лесными, горными богатствами и ресурсами. Лидеры движения разных национальностей М.К .Артемьев, П. Карамзин, С. Канин, И. Кошелев, Г.Я. Федоров и др., всего 10 чел., составили “Обращение” к мировому сообществу. В нем речь шла о том, что отсталые “во всех отношениях от мирового прогресса науки и техники” тунгусы обращаются к иностранным государствам и к Лиге наций, “как к могучим защитникам мелких национальностей в мировом масштабе” по вопросу спасения их от “общего врага мирового национализма — русского коммунизма”. Такая постановка проблемы руководством движения свидетельствует о довольно зрелом уровне политического самосознания и общественно-политических взглядов. Точку зрения лидеров движения интересно сопоставить с мнением современного американского ученого Д. Дэвидса, который написал, что “национализм, и только национализм, является эффективным барьером на пути коммунизма”.

Мятежники создали атрибутику своего национально-территориального образования. К примеру, они приняли трехцветный флаг “Тунгусской республики”. Белый цвет флага символизировал сибирский снег, зеленый — лес, тайгу, черный — землю. Был принят также свой гимн.

Таким образом, это движение не являлось уголовным, поскольку ее лидеры представляли собой политических оппозиционеров, сплотившихся вокруг конкретных общественно-политических идей. Руководство мятежников было хорошо знакомо с законодательными и философскими источниками. Об этом свидетельствуют их требования о национальном самоопределении, правах личности, правах малочисленных этносов, создании самостоятельного национально-территориального образования и т.д. Причиной недовольства восставших являлось неравенство прав больших и малых народов при создании национально-территориальной федерации. Тунгусы, оказавшись под властью уполномоченного Дальневосточного ревкома по Охотскому уезду В.А. Абрамова, на себе испытали политику террора эпохи “военного коммунизма” в разгар проведения НЭПа.

Кроме политических, повстанцами были выдвинуты требования экономического и культурного характера. Например, они предложили восстановить старинные тракты: Якутск — Охотск, Нелькан — Аян и Нелькан — Усть-Мая. То есть они стремились к установлению прежних экономических связей с Якутией. Кроме того, был разработан комплекс мер по хозяйственному и культурному развитию зоны Охотского побережья.

Временное Центральное Тунгусское Национальное Управление предупредило ЦИК СССР о том, что: “В случае высадки военных частей советских войск на наших берегах Охотского моря и вторжения через границы соседних нам республик Дальвостока и Якутской автономии, мы, тунгусская нация, как поголовно восставшая из-за нетерпимой политики большевиков должны будем оказать вооруженное сопротивление как доказательство нашего глубокого возмущения и будем уверенными, что за могущие быть жертвы вся ответственность за пролитую безвинную кровь перед историей и общественным мнением падет на вас как на высший орган Советской власти, допустившей насилие”. Следовательно, участники движения вовсе не желали кровопролития и хотели решить назревший конфликт с помощью мирных переговоров. Об этом также свидетельствуют факты освобождения плененных красноармейцев и советских служащих.

Но в сентябре 1924 г. отряд Охотского ОГПУ в районе селения Улья расстрелял трех русских рыбаков, двух тунгусов и одного якута. В ответ повсюду начали организовываться вооруженные отряды самобороны. Группировка М.К. Артемьева без боя овладела расположенным в 315 км. от Якутска селом Петропавловск Усть-Майского района». Активизировались очаги повстанчества на Севере Якутской АССР: Оймяконском, Верхоянском, Абыйском (Эльгетском) и других улусах. 31 декабря 1924 г. восставшие захватили населенный пункт Арка, а затем — Новое Устье, находящееся в 7 км. от Охотска. К Нелькану устремилась группировка повстанцев под командованием Г. Рахматуллина-Боссоойки.

Мятежники конфисковали товары Нельканского отделения фирмы “Гудзон бей” и назначили заведующим военно-гражданским складом Ю. Галибарова. На Новом Устье им досталось до 10 тыс. пудов продовольствия стоимостью в 100000 руб., в Оймяконе — разных товаров на сумму около 25 тыс. руб., в Абые — пушнина на 25 тыс. руб. В захваченных местностях в руках повстанцев оказались магазины и склады Якутпушнины, кооператива “Холбос”, других хозяйственных и торговых организаций. Имелись случаи грабежей мирного населения, когда отбирались лошади, запасы продовольствия, сена.

Генеральный секретарь ЦК ВКП(б) И.В. Сталин отправил инструкцию уполномоченному ВЦИКа и ЦК К.К. Байкалову, который руководил ликвидацией тунгусского повстанчества. В ней говорилось: “ЦК считаясь со всеми вышеизложенными соображениями находит целесообразным мирную ликвидацию восстания, применяя военные силы лишь в том случае, если это будет диктоваться необходимостью…”. Для ведения мирных переговоров была направлена из Якутска комиссия в составе П.И. Оросина, А.В. Давыдова и П. Филиппова, которая присутствовала на втором Тунгусском съезде в январе 1925 г. Эта делегация информировала собравшихся о политической жизни в Якутии и о новом советском строительстве вообще, но к их докладам съезд отнесся очень недоверчиво. Объяснялось такое недоверие тем, что тунгусы в них не видели юридического лица, которое могло бы иметь значение и вес в политике. Поэтому население считало членов делегации малоавторитетными и вполне резонно вопрошало: “Может ли вчерашний повстанец давать кому-либо твердую амнистию?”.

Тунгусский съезд через мирную делегацию представил в ЯЦИК ЯАССР требования об: 1) отделении Охотского побережья от Дальнего Востока и присоединении к Якутии; 2) предоставлении права тунгусам самим разрешать политические, экономические и культурные вопросы; 3) устранении от власти коммунистов, проводивших политику террора. Во время переговоров военные действия были временно прекращены, но под давлением Сибирского ревкома алдано-нельканский конный отряд И.Я. Строда внезапно захватил Петропавловск, нарушив тем самым перемирие.

В мае 1925 г. в ходе мирных переговоров между М.К. Артемьевым и И.Я. Стродом, Р.Ф. Кулаковским обе стороны сумели найти общий язык. М.К. Артемьев убедился в том, что во главе Якутской АССР стоят не те коммунисты, которые проводили политику террора; в республике осуществляется национальное возрождение и вопрос о присоединении Тунгусии к ЯАССР находится на стадии обсуждения. В результате успешных переговоров 9 мая было заключено мирное соглашение и отряд М.К. Артемьева “единогласно решил сложить оружие”. 18 июля отряд П. Карамзина в местности Медвежья голова, находящемся в 50 км. от Охотска, присоединился к мирной сдаче. Всего сложили оружие 484 повстанца из отряда М.К. Артемьева и 35 мятежников группы П. Карамзина.

10 августа в г. Охотске открылся съезд тунгусов Охотского побережья, на котором присутствовали представители 21 тунгусского рода и трех якутских районов. Они приняли постановление о торговле, охотничьем и рыбном промыслах, здравоохранении, народном образовании. Было обращено особое внимание на организацию родовых Советов.

25 августа 1925 г. “Главное Тунгусское Национальное Управление” посредством акта выразило пожелание о том, чтобы национальное самоопределение тунгусского народа было закреплено решениями, вынесенными ВЦИКом СССР, Советом Национальностей Верховного Совета СССР и ЦИКом РСФСР. Принятие такого постановления позволило бы прекратить дробление единого тунгусского этноса между различными административными образованиями, такими, как Якутская АССР, Приморская и Камчатская области. Свое раздробленное состояние они рассматривали как “продукт монархической политики”. Основной целью участников движения являлось объединение тунгусского народа и вхождение его в качестве самостоятельной национальной единицы в состав автономной Якутии.

Однако центр, и особенно органы ОГПУ-НКВД, не разделяли подобных взглядов и постоянно подозревали якутов и тунгусов в “японофильстве”. В 1925 г. М.К. Аммосов с тревогой сообщал в Якутск своим друзьям, что “в недрах ЦК (Сталин и другие) относятся крайне недоверчиво к нам, относя нас к категории коммунистов, перерождающихся в буржуазных революционеров”. Об этом же говорил Ф.Г. Сивцев: “Крамола — не достояние населения, а ее создают нездоровые методы, излишняя подозрительность, партийная недоразвитость и национальная невоспитанность”.

Дальнейшая судьба повстанцев трагична – спустя некоторое время, начиная с 1927 г. и вплоть до начала II-й мировой войны они подвергались репрессиям, многие из них были расстреляны. Вероятно, эта же трагичная участь постигла и Павла Гавриловича Карамзина (на фото второй слева в верхнем ряду).

Биография Павла Гавриловича Карамзина до момента участия в повстанческом движении и после неизвестна (вероятно, засекречена органами ОГПУ без срока давности). Из немногих исторических документов известно о том, что Павел Карамзин происходил из эвенкийского княжеского рода, предположительно из Аяно-Майского района Хабаровского края.

На основе публикации Е.П. Антонова, к.и.н.

Источники: http://www.sakhaopenworld.org/ilin/1998-1/24.htm; http://yakutiakmns.org/archives/3048

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *