В прошлых постах мы рассмотрели талантливых военных монахов средневековых Европы и Кореи. Теперь неплохо было бы обратиться к отечественной истории. Как говорилось в одном популярном фильме: «их профессура к войне готова! А наша?»

Любопытный образец даже не оборонительной, а настоящей наступательной войны, даже диверсионного рейда под командованием православного священника, мне удалось найти в истории Северной войны 1700-1721 гг. Итак, декабрь 1702 года. Россия преодолела шок от «нарвской конфузии». Войска под командованием талантливого петровского полководца Шереметьева крепнут в мелких стычках с шведами в Ингерманландии. В октябре пала первая шведская крепость Нотебург. Открылся путь из Ладоги в Неву. Но, хотя шведский король увяз с основной армией в Польше, шведы готовы перебрасывать на ингерманладский фронт разрозненные части из Финляндии. Нужно было помешать этому, ударить по финским провинциям, но на этом направлении у России еще не было серьезного войска.
Русско-шведское порубежье от копорской земли до Мурманского полуострова всегда было горячей точкой. Войны и грабительские походы не раз опустошали эти земли. Воины не щадили даже монастыри. Достаточно вспомнить штурмы Соловецкого монастыря. Поэтому монахи и священники этих мест были, что называется, решительнее других своих товарищей по сословию.

Священник Иван Окулов служил в Корельском уезде, который в начале Северной войны был оккупирован шведскими войсками. Лишившись прихода, Иван Окулов едет в Олонецкую крепость и принимает участие в усилении ее обороны. Очевидно, энергичного попа замечают в Москве, потому что в октябре 1702 года Петр I отправляет лично Ивану Окулову письмо: ««О дозволении выходцу священнику Иоанну Окулову со всеми при нем будущими охотными людьми чинить над шведами воинский промысел». Властям Олонца запрещалось отбирать добычу у отряда попа, и, очевидно, это привлекло в его отряд многих предприимчивых «охотников за удачей». В осенних боях отряд попа отбил у шведов несколько пушек, за что сам Иван Окулов был награжден 200 рублями, а каждый боец его отряда получил 2 рубля, кафтан и тесак.

Но главная диверсия отряда попа Ивана Окулова была впереди: в ноябре-декабре 1702 года. В «Въдомостях» от 2 генваря 1703 года читаем:

«Из Олонца пишут. Города Олонца, поп Иван Окулов собрав охотников пеших с тысячу человек, ходил за рубеж в свейскую границу, и разбил свейские Ругозерскую, и Гиппонскую, и Сумерскую, и Керисурскую заставы. А на тех заставах шведов побил многое число, и взял рейтарское знамя, барабаны и шпаг, фузей и лошадей довольно, а что взял запасов и пожитков он, поп, и тем удовольствовал салдат своих; а достальные пожитки и хлебные запасы, коих не мог забрать, все пожог: И Соловскую мызу сжег, и около Соловской многие мызы и деревни, дворов с тысячу пожег же. А на вышеописанных заставах, по сказке языков, которых взял, конницы шведской убито 50 человек, пехоты 400 человек; ушло их конницы 50, пехоты 100 человек. А из попова войска только ранено солдат два человека».

Благодаря этому дерзкому рейду шведы были вынуждены усилить олонецкую границу, а гарнизон Ниеншанца не получил подкрепления. Так что во взятии Ниеншанца и последующем основании Санкт-Петербурга есть заслуга боевого попа Ивана Окулова из Корельского уезда, следы которого, к сожалению, с 1703 года теряются..

До завершения Северной войны оставалось восемнадцать лет.

Глеб Таргонский

от admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.