Ермолов Алексей Петрович

Российский военный деятель. Дипломат. Участник многих крупных войн, которые Российская империя вела с 1790-х по 1820-е годы. Генерал. Член Государственного совета. Главноуправляющий гражданской частью и пограничными делами в Грузии, Астраханской и Кавказской губерниях. Командующий Отдельным Грузинским корпусом. Автор мемуаров. Член Российской Академии.


Алексей Ермолов родился 4 июня 1777 года в городе Москва. Мальчик вырос в семье небогатых дворян Орловской области. Его отец, Петр Алексеевич являлся помещиком, владельцем небольшого имения в 150 душ крестьян. В царствование Екатерины II занимал должность правителя канцелярии генерал-прокурора графа Александра Самойлова, а с вступлением на престол Павла I вышел в отставку и поселился в своей деревне Лукьянчикове. Мать, Мария Денисовна Каховская, была  родстве фамилиями Давыдовы, Потемкины, Раевские и Орловы. Знаменитый партизан и поэт Денис Давыдов доводился ему двоюродным братом.

Ермолов в 1778 году был записан в военную службу и зачислен каптенармусом лейб-гвардии Преображенского полка, а вскоре стал сержантом этого полка. Образование получил в Московском университетском пансионе, куда принимались мальчики с 9 до 14 лет дворянского происхождения. Пансион готовил к военной, статской, придворной и дипломатической службе. Юношу определили в Благородный пансион на попечение к профессору Ивану Гейму, у которого учился до 1791 года.

Судьбой молодого Ермолова неоднократно интересовался директор Московского университета Павел Фонвизин и за успехи в учебе дарил ему книги. Алексей зачитывался Плутархом, особенно жизнеописаниями Цезаря и Александра Македонского. В январе 1787 года зачислен унтер-офицером в лейб-гвардии Преображенского полка.

В возрасте пятнадцати лет Ермолов переехал в Санкт-Петербург, где вошел в Нижегородский драгунский полк, стоявший на Кавказе. Остался в Петербурге адъютантом при генерал-прокуроре графе Самойлове, у которого отец Алексея был тогда правителем канцелярии. Вскоре Ермолов поступил в шляхетский артиллерийский корпус и в 1793 году, выдержав экзамен с особым отличием, в составе корпуса Дерфельдена, уже артиллеристом, выступил в поход против Польши.

В 1794 году начал служить под начальством Александра Суворова. Получил боевое крещение во время Польской кампании. Отличился, командуя батареей, при штурме предместья Варшавы, за что удостоился ордена Святого Георгия IV степени. В 1796 году принимал участие в Персидском походе под начальством генерала Валериана Зубова, который считался его покровителем. За отличное усердие и заслуги при осаде крепости Дербент удостоен ордена Святого Владимира IV степени с бантом. Получил чин подполковника. Между войнами жил в Москве и Орле.

В 1798 году Ермолов оказался арестован, а затем уволен со службы и отправлен в ссылку в свое поместье по делу о создании Смоленского офицерского политического кружка и по подозрению в участии в заговоре против императора Павла. Члены кружка обменивались вольнодумными взглядами, предвещавшими декабристов, и в переписке отзывались о государе непочтительно. Юный Ермолов знал о деятельности и планах руководителей организации немного. Тем не менее его дважды брали под стражу и продержали целый месяц в Петропавловской крепости.

После военного суда Ермолов сослан на житье в Кострому, где ссылку с ним делил казак Матвей Платов, ставший с той поры его другом. Алексей Петрович усердно занимался самообразованием, выучился у местного протоиерея латинскому языку и в подлиннике читал римских классиков, уделяя особое внимание «Запискам о Галльской войне». Костромской губернатор предлагал ему свое заступничество перед государем, но Ермолов оставался в ссылке до смерти Павла. Помилован указом императора Александра I лишь 15 марта 1801 года.

В 1805 году рота Ермолова назначена в состав армии Михаила Кутузова, двинутой в помощь Австрии против Франции. Догоняя армию, Алексей шел все время «ускоренными маршами», но, несмотря на двухмесячный поход, представил свою роту Кутузову в таком образцовом порядке, что последний сказал, что будет иметь его в виду, и оставил роту в своем распоряжении как резерв.

Под Амштеттеном Ермолов оказался в первый раз в бою с конной артиллерией. Военнослужащий остановил неприятеля и дал эскадронам возможность собраться и удержаться на месте под сильным натиском противника, а занятием одной возвышенности и метким огнем не допустил неприятеля устроить батарею, которая могла нанести большой вред русским войскам. Однако награды за этот подвиг Ермолов не получил из-за противодействия Алексея Аракчеева. Во время смотра в Вильне тот высказал неудовольствие утомленностью лошадей роты Ермолова, на что услышал: «Жаль, Ваше сиятельство, что в артиллерии репутация офицеров зависит от скотов». Будущий военный министр принял это замечание на свой счет и, будучи уязвлен, какое-то время препятствовал карьере молодого офицера в артиллерии. Впоследствии стал его покровителем.

Под Аустерлицем, когда дивизия генерал-адъютанта Федора Уварова была смята и обращена в бегство французской конницей, Ермолов не поддался общей панике и остановил свою батарею, Однако, несмотря на все усилия был захвачен в плен. Офицера почти уже доставили до французской линии, когда на выручку ему явился полк елисаветградских гусар и отбил его у французов. Наградами за это Ермолову стали орден святой Анны II степени и чин полковника.

В ходе русско-прусско-французской войны Ермолов отличился в битве при Прейсиш-Эйлау в феврале 1807 года. Бомбардировкой из орудий своей конно-артиллерийской роты Ермолов остановил наступление французов, чем спас армию. Причем огонь открыт им без всякого приказания, по собственной инициативе. При атаке французов при Гейльсберге на замечание офицеров о том, что не пора ли уже открывать огонь, полковник Ермолов сказал: «Я буду стрелять тогда, когда различу белокурых от черноволосых».

В 1807 году двадцатидевятилетний Алексей Ермолов вернулся в Россию с репутацией одного из первых артиллеристов русской армии. С 1809 года командовал резервными войсками в Киевской, Полтавской и Черниговской губерниях.

Перед началом Отечественной войны 1812 года Ермолов назначен начальником Главного штаба Первой Западной армии. Император Александр I при отъезде своем из армии поручил Алексею Петровичу с полной откровенностью осведомлять себя письмами о всех событиях в армии. 

В начале Бородинского сражения 7 сентября 1812 года Ермолов находился при Кутузове, который после полудня, в критический для левого фланга русской армии момент, послал туда Алексея Петровича с поручением «привести в надлежащее устройство» артиллерию второй армии. Проезжая неподалеку от батареи Раевского, только что взятой противником, Ермолов тотчас же бросился к ближайшему VI корпусу, взял батальон Уфимской пехоты, лично повел его бегом к батарее, а тремя конным ротам велел отвлечь на себя огонь противника и не более как в 20 минут штыками отбил батарею у французов. Три часа затем Ермолов оставался на батарее, организуя ее оборону и руководя ею, пока не оказался сильно ранен в шею картечью.

На совете в Филях генерал Ермолов высказался за новый бой под Москвой. Именно Алексей Петрович настоял на том, чтобы встретить Наполеона в Малоярославце. Упорная защита этого города заставила свернуть французскую армию на старый, пройденный уже ею и разоренный путь, что привело к ее катастрофе. После сражения под Малоярославцем, в обороне которого Ермолов сыграл важнейшую роль, он, по поручению Кутузова, шел все время в авангарде армии при отряде Михаила Милорадовича, отдавая ему приказания именем главнокомандующего. Наградой Ермолова за Отечественную войну стал только чин генерал-лейтенанта, данный ему за сражение при Валутиной горе. Представление же Барклая де Толли о награждении Ермолова за Бородино орденом святого Георгия II степени было проигнорировано Кутузовым.

По переходе за Неман генерал Ермолов назначен начальником артиллерии всех действующих армий. С апреля 1813 года командовал различными соединениями, однако, 2 мая 1813 года после неудачного сражения при Лютцене обвинен генералом Петром Витгенштейном в нераспорядительности и переведен на пост командира второй гвардейской пехотной дивизии.

В сражении под Кульмом, состоявшемся 29-30 августа 1813 года, возглавлял Первую гвардейскую дивизию, а после ранения генерала Александра Остермана-Толстого принял его сводный отряд. Находился в центре сражения. В самый критический момент, сражаясь целый день против вдвое превосходящего по численности противника, гвардия Ермолова спасла своим геройским самопожертвованием всю союзную армию, обеспечив ей конечную победу. Прямо на месте сражения Ермолов награжден орденом Святого Александра Невского, а от прусского короля за Кульм получил крест Красного орла I степени.



В сражении за Париж в марте 1814 года Ермолов командовал объединенной русской, прусской и баденской гвардией. После капитуляции французов ему, как одному из самых образованных русских генералов, Александр I поручил написать манифест о взятии Парижа. Аракчеев прочил ему пост военного министра, великий князь Константин Павлович предлагал ему командование гвардией, однако заносчивое поведение генерала в Париже заставило императора Александра отклонить эти предложения. Тем не менее орден святого Георгия II степени Ермолов тогда все-таки получил.

После подписания в мае 1814 года Парижского мира Александр I отправил Ермолова в Краков в качестве командующего 80-тысячного сильного авангарда, состоявшего из большей части резервной армии, формировавшейся в Герцогстве Варшавском. Войска на границе нужны были России, поскольку в преддверии запланированного конгресса в Вене ожидалось несогласие со стороны Австрии при определении новых границ.

В апреле 1815 года Ермолову в подчинение вместо резервных войск передан шестой корпус, временно составленный из двух пехотных, одной гусарской дивизий и нескольких казачьих полков. Тогда же, по приказу выдвинулся из Кракова и перешел границу, направившись во Францию. Однако, в ходе этого второго похода во Францию сражений русских войск с французскими не произошло, так как английскими и прусскими войсками после ряда сражений армия Наполеона была окончательно разгромлена в битве при Ватерлоо 18 июня 1815 года. Ермолов с войсками все же вступил во Францию, а Александр I отправился в Париж.

После прибытия на Рейн Ермолову, вместо шестого корпуса, с которым пришел, был дан гренадерский корпус, часть которого последовала в Париж для содержания при государе караула, так как гвардии при армии не находилось. В Париже Алексей Петрович испросил увольнение в отпуск по болезни на шесть месяцев. С гренадерским корпусом Ермолов возвратился в Царство Польское. Он находился в Варшаве 20 июня 1815 года, когда состоялось торжественное объявление о восстановлении Царства Польского и обнародование конституции, и стал свидетелем, как войска польской армии присягнули императору Александру I как царю польскому.

Через некоторое время, в ноябре 1815 года, Ермолов сдал корпус генералу Ивану Паскевичу и выехал в Россию. В самом начале 1816 года находился в Орле у своих престарелых родителей.

В 1816 году генерал-лейтенант Ермолов приказом Александра I назначен командиром Отдельного Грузинского корпуса, управляющим по гражданской части на Кавказе и в Астраханской губернии. Этого поста он долго и упорно добивался через знакомых в Петербурге. Со времени зубовского похода Ермолов сильно недолюбливал персов и, в подражание Александру Македонскому, разрабатывал «план разрушения персидского государства».

В сентябре 1816 года Ермолов прибыл на границу Кавказской губернии. Через месяц приехал на Кавказскую линию в город Георгиевск. Оттуда сразу же выехал в Тбилиси, где его ожидал бывший главнокомандующий генерал от инфантерии Николай Ртищев.

По обозрении границы с Персией отправился в 1817 году чрезвычайным и полномочным послом ко двору персидского шаха Фетх-Али, где провел много месяцев. По возвращении из Персии Ермолов был награжден чином генерала от инфантерии. Командуя войсками на Кавказе, Алексей Петрович запретил изнурять войска шагистикой, увеличил мясную и винную порцию, разрешил носить вместо киверов папахи, вместо ранцев холщовые мешки, вместо шинелей зимой полушубки, выстроил войскам прочные квартиры, на сбереженные им суммы от командировки в Персию выстроил в Тифлисе госпиталь и всячески старался скрасить тяжелую жизнь войск.

Ермолов затеял строительство на Северном Кавказе многих крепостей, таких как Нальчик, Внезапная и Грозная. В 1819 году в состав ермоловского корпуса включили Черноморское казачье войско. Военачальник предоставил казакам землю по берегам Кубани и дал двухлетнюю отсрочку платы за нее. В декабре того же года совершил поход в аул Акуша. В результате сражения ополчение акушинцев разбито, а население приведено к присяге российскому императору.

В 1823 году генерал Алексей Ермолов командовал боевыми действиями в Дагестане, а в 1825 году воевал с чеченцами. Его имя стало грозою горцев, и кавказские женщины еще долго после того пугали им своих детей. Отношение Ермолова к горцам может быть проиллюстрировано следующим фактом. Во время его поездки в Персию к Фетх Али-шаху чеченцы взяли в заложники начальника штаба корпуса полковника Шевцова и стали требовать за него выкуп в 18 телег серебра. Вместо традиционного в таких случаях торга о размерах выкупа с целью его снижения Ермолов направил в Чечню несколько казачьих сотен, которые взяли в плен 18 наиболее уважаемых старейшин крупнейших аулов. Ермолов довел до сведения горцев, что в случае, если за месяц Шевцов не получит свободу они будут повешены. Русского полковника освободили без выкупа.

На небольшие доступные ему средства Ермолов довольно много сделал для Кавказского края: модернизировал Военную грузинскую дорогу и иные пути сообщения, устроил лечебные заведения при минеральных водах, содействовал притоку русских поселенцев. В должности главнокомандующего Отдельным Кавказским корпусом, предупреждал императора Николая I, что Персия открыто готовится к войне. Николай I ввиду обострявшегося конфликта с Турцией был готов за нейтралитет Персии уступить ей южную часть Талышского ханства. Однако князь Александр Меншиков, которого император направил в Тегеран с поручением обеспечить мир любой ценой, не смог ничего добиться и покинул иранскую столицу.

Памятник генералу Алексею Ермолову в Грозном возле землянки, в которой он жил, 1890-е.

В июле 1826 года иранская армия без объявления войны вторглась в пределы Закавказья на территорию Карабахского и Талышского ханств. Персы заняли Ленкорань и Карабах, после чего двинулись к Тбилиси. Основная масса пограничных «земских караулов», состоявших из вооруженных конных и пеших крестьян-азербайджанцев, за редкими исключениями, сдала позиции вторгшимся иранским войскам без особого сопротивления или даже присоединилась к ним. В конце августа 1826 года войска Отдельного Кавказского корпуса под командованием Ермолова очистили Закавказье от иранских войск и военные действия перенес на территорию Ирана.

Ермолов подал в отставку 3 марта 1827 года по домашним обстоятельствам. Его освободили от всех постов 27 марта этого же года. Истинные причины смещения генерала были очевидны: подозрения царя в причастности Алексея Петровича к заговору декабристов. Отставка Ермолова вызвала большой резонанс в передовых общественных кругах. С 1831 года являлся членом Государственного совета, а также входил в Императорскую академию наук.

С началом Крымской войны в конце 1853 года семидесятишестилетний Ермолов избран начальником государственного ополчения в семи губерниях, но принял эту должность только по Москве. В мае 1855 года из-за старости покинул этот пост.

Алексей Петрович Ермолов скончался 23 апреля 1861 года в городе Москва. Похоронен в Орле, рядом со своим отцом, в особом приделе Троицко-Кладбищенской церкви. Публикацию его личного архива осуществил в Париже эмигрант Петр Владимирович Долгоруков.

Источник >>>

от admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.