На фото: Ревельский порт, начальная точка экспедиции в XIX в.

Император Петр I, принимает решение направлять корабли к богатым странам Азии, через Атлантику.

Царь Петр искал дорогу в Индию и Китай. Государству нужны были самостоятельные торговые потоки. Россия виделась Петру морской державой, способной торговать со всем миром. Нужны были суда торговые и для их защиты корабли боевые. Нужны были грамотные и опытные кораблестроители, но особенно, капитаны и навигаторы. Нужен был технически совершенный, насколько возможно по тем временам, и хорошо оснащенный российский флот.

Император Петр I, принимает решение направлять корабли к богатым странам Азии, через Атлантику. В этой правильной идее была одна сложность: — корабли того времени технически не способны были преодолевать такие расстояния. Эту проблему нужно было решать. Решение нашлось, откуда не ждали. Петру из-за границы пришла информация, что шведы пытались наладить связь с пиратами- выходцами из Швеции, промышлявшими грабежами у острова Мадагаскар. Шведы с их помощью планировали захватить остров и сделать его базой для своих кораблей. Шведы даже отправили в этих целях к пиратам фрегат, но что-то там не сладилось. Петр решил воспользоваться этой ситуацией и, в 1723 году, направил свою эскадру на Мадагаскар, где предполагалось предложить владетелю острова протекцию России, и даже, если он пожелает, привезти его на жительство в нашу страну. Вторым этапом экспедиции был поход в Ост-Индию, где нужно было постараться склонить «Великого могола» вступить в торговые сношения с Россией. Подготовка экспедиции велась в строгом секрете. Европейские резиденты докладывали своим правительствам, что готовятся к походу корабли, но куда? В декабре 1723 года эскадра, под руководством вице-адмирала Д.Вильстера, вышла из Ревеля в море. При первом же шквальном ветре на одном из кораблей началась сильная течь, заставившая экспедицию вернуться в Ревель. Пока шли ремонтные работы, планы резко изменились. (2) Вероятно, Император получил новые данные о положении дел на Мадагаскаре. Экспедиция была отменена. Но Петр не собирался бездействовать, он решил завязать непосредственно, без посредников, торговые отношения с Испанией и Францией. Приказал начать и продолжить торговлю, даже если товара недостаточно и для своих нужд, даже если не будет получена ожидаемая прибыль. Пора было начинать показывать себя в Европе.
В этих целях Петр приказал готовить Испанскую экспедицию. В феврале 1724 года корабли бывшей Мадагаскарской экспедиции загрузились товаром, затем, в августе вновь отмена, вновь разгрузка. Только после изучения Петром всех донесений торгового советника России в Кадисе (Испания) и консула в Бордо, принимается следующее окончательное решение: — «Всепресветлейший и державнейший Петр Великий, Император и Самодержец всероссийский, будучи в зимнем доме, сего декабря 4-го дня указал, по присланным из Испании от князя Ивана Щербатова реляциям и по донесениям из коммерц-коллегии о российских товарах , по чему оные до Испании с привозом станут какая цена в Испании тем товарам и что у которого прибыли или накладу, изволил на особом листу написать собственной рукою тако: «О гишпанском деле: 1) послать три корабля, а именно Штрафорд, да два из голландских фрегатов; на них товаров казенных и купеческих, 2-е чтоб с товарами несколько хозяев отправить, для обучения сего торгу».

В феврале 1725 года определены и корабли для похода. Командовать линейным кораблем «Девоншир» будет капитан Кошелев – человек опытный. Фрегат «Кондаливде» пойдет под командой капитан-лейтенанта Фрема, а «Амстердам-Галея» — капитан-лейтенанта Киселева.(4) Поставлен и срок подготовки – до 1 апреля.
Перед самым началом экспедиции в России произошло непредвиденное и весьма прискорбное для государства событие — умер император Петр Великий. Его сменила на троне императрица Екатерина I . Она не стала отменять задуманное Петром, более того, своим указом назначила руководителем экспедиции «от флота шкипера Ивана Михайлова» и приказала передать ему инструкции, которые следовало исполнять по ходу плавания.

11 мая 1725 года корабли вышли из Ревельской гавани на рейд.
Но перед этим, как указал еще Петр Великий, с кораблей пушки нового литья сняты, в вместо них поставлены из прежде вылитых олонецкого среднего литья. Кошелеву было указано, что после того, как в Испании будут проданы все казенные и купеческие товары, тогда фрегаты «Амстердам-Галей» и «Кронделивде» должны быть проданы, а экипажи и все оставшееся оборудование должно быть отправлено в Россию на корабле «Девоншир». Корабли предназначены к продаже, «понеже оные фрегаты в военной службе быть негодны и вместо них во флот новыми фрегаты исполнить велено». Вместе с тем, фрегаты ниже цены, установленной коммерц-коллегией, продавать не велено. (14)
Получена Кошелевым была инструкция, по которой все казенные и купеческие товары проходят по коносаментам (таможенным документа), как принадлежащие Санкт-Петербургскому купцу Алексею Семенникову, направляемые на имя брата его Льва Семенникова, обитающего в Испании. В инструкции было указано офицеров кораблей в документах указывать шкиперами. Взамен денег, полученных из казначейской канторы, получить векселя. С гардемарином Лаптевым на корабли были отправлены по две шнурованных за печатью книги, по которым, по прибытии кораблей из вояжа, надлежало дать отчет в адмиралтействе и в коммерц-коллегии.( 15) Именно эти книги и позволили узнать подробности Испанской экспедиции.

12 мая. Все суда построились в походную колонну за «Девонширом». Подняли флаги и гюйсы торговые российские. Чистили пушки.
13 мая. Готовность кораблей проверил контр-адмирал Дуфус. При его съезде били «Поход», кричали ура 3 раза и салютовали из семи пушек.
14 мая. Снялись с якоря и, пошли в море. Так начался отсчет времени экспедиции. Корабли прошли все Балтийское море и, подошли к датским берегам.

25 мая. Пришли в датский порт Гельсипор (сейчас называется Эльсинор). При входе «Девоншир» салютовал с брандвахты пятью выстрелами. Датчане отсалютовали тем же.

26 мая. Корабли экспедиции посетил резидент России в Дании Бестужев. Его встречали как адмирала.

29 мая. Экипажи кораблей отдыхали пять дней и 29 мая снялись с якоря и пошли в путь. При выходе из порта с флагмана палили из пяти пушек. При прохождении крепости Кронборг отвечали на приветствие выстрелом из одной пушки, а у крепости Гельсинборга — из двух.

С 3 по 7 июня находились в гавани норвежского острова Тромзунд.
До 15 июня находились в открытом море. Пересекли с Востока на Запад Северное море. Кошелев повел корабли севернее Британских островов и вышел на остров Барро ( Баррей), среди Оркнейских островов. (16)
17 июня. Корабли пришли в гавань Бьеркозунда (на острове Льюис, одном из группы Гебридских островов). Обогнув Британские острова с западной стороны, русская эскадра впервые в истории вышла в открытый океан.

18 июня на корабле «Девоншир» была обнаружена течь у фор-штефня, в трюме прибавилось воды почти полметра. Капитан Кошелев собрал всех офицеров на совещание. Вопрос стоял один, можно ли идти дальше, не заходя в порты на ремонт. Решили идти в первое же якорное место для осмотра корпуса корабля и ремонта. Вот как об этом происшествии Кошелев докладывал позднее в Адмиралтейство: — «стояли жестокие противные (встречные) ветры, отчего корабль «Девоншир» раскачало, что и борты от палубы отставали; и для оного принуждены были зайти в Ирландию в реку Лимрику (Лимерик), для покупки кокор и утверждения борта к палубе, и по оному исполнено…». (17)

25 июня. Пошли в море.
9 июля. Во время тумана и свежего ветра фрегат «Амстердам-Галей» разлучился с эскадрой и, подойдя к ирландскому берегу, решился укрыться в каком-либо порту. В этот же день на «Девоншире» сломило фор-стеньгу и грот-брам-стеньгу.

10 июля. Фрегату «Амстердам-Галей» удалось войти в залив Галовейский между островом Аарант и берегом Маес. К кораблю подошли на шлюпке лоцманы и за вознаграждение в 20 английских гиней обещали сопроводить в Головей. Это было дорого, около 84 русских рублей. Пошли в порт без лоцмана. У самого порта получили лоцмана и стали на якорь в пристани.

11 июля. В это время остальные корабли стали у острава Сеатрис на якорь.

17 июля. «Амстердам-Галей» решил выйти из Головейского залива и встретил бот с письмом от капитана Кошелева о нахождении кораблей у острова Сеатрис. Встречный ветер был настолько силен, что вынудил фрегат вернуться в Головейскую пристань.

Только 22 июля все корабли эскадры соединились вместе.
3 августа эскадра снялась с якоря и вышла в море.

14 августа с флагмана пришел приказ приготовить военные флаги к поднятию.

15 августа. Увидели берег. Это был мыс Сан-Висенти, португальский берег. Подняли флаги торговые. Португальцы ответили поднятием своего флага.

16 августа. Произошло недоразумение. Утром на горизонте появился корабль, дрейфующий под верхними парусами. На «Девоншире» подняли сигнал стать в линию баталии. Построились в ордер, поскольку корабль шел к эскадре на всех парусах. Затем увидели, что это корабль военный португальский, пришел к нам на встречу.

18 августа. Вечером стали на якорь на рейде испанского порта Кадикс (Кадис). В полдень все суда палили из семи пушек, отмечая свой приход в конечный пункт экспедиции. В тот же день капитан Кошелев отправил донесение президенту Адмиралтейств-коллегии, что « сего августа 16 дня 1725 года корабль «Девоншир» и фрегаты «Кронделивде» и «Амстердам-Галей» и при них служители прибыли в Испанию к городу Кадису благополучно, а товары начали сего нижеписанного числа сгружать».
21 августа. Начиная с этого дня, на эскадру зачастили торговый советник в Испании князь Щербатов и консул Евреинов. По каждому их приезду палили из пяти, семи, девяти и даже одиннадцати пушек. Приходили с поздравлениями два корабля мальтийских. По этому поводу тоже палили из пушек и кричали «ура».

8 сентября пришли с моря два корабля испанских, навалились на «Девоншир» и проломили ему утлегарь и блинда-рей.
До самого 30 сентября все приезжали гости. Во время стоянки в Кадисе выгружали из судов привезенные товары и потом грузили суда солью. Русские фрегаты продать торговые советники не смогли. Эскадра в полном составе 30 сентября снялась с якоря и вышла в море.
16 ноября тяжелогруженые корабли вошли в Лиссабонский рейд (Португалия) и стали на якорь.

Через два дня (18 ноября) корабли вошли в реку. Прибыли на суда португальцы и расспрашивали о больных, о турецких кораблях. Пересчитывали экипаж.

19 ноября. Прибыли офицеры португальской таможни, осматривали груз на предмет запрещенных товаров. Отобрали весь имеющийся у экипажа табак.

24 ноября. На кораблях был праздник. Отмечали тезоименитство Екатерины I. Палили из пушек всеми бортами.
26 ноября. Снялись с якоря и, вышли в море. Предстоял долгий путь в Россию. Начинались зимние шторма.

14 декабря. Корабли «Девоншир» и «Кронделивде» вынуждены были войти в порт Сантандер. В Бискайском заливе эскадра попала в шторм, с жестоким встречным ветром. Фрегат «Амстердам-Галей», из-за незнания лоцманами берега, в порт войти не смог и до 28 декабря держался в море. Неоднократно пытался встать на якорь, но безрезультатно. Потерял при этом два якоря, один из них был утерян безвозвратно.
После этого эскадра была вынуждена остановиться на зимовку в Сантандере. (18)

Получив об этом известие, Адмиралтейство решило поставить капитану Кошелеву непростую задачу. Вот что записано в Извлечениях из журналов Адмиралтейств-коллегии за 22 февраля 1726 год: — «Кошелеву писать, чтоб он при нынешней бытности его в европейских областях, где способнее, приискал и принял на службу Ея И.В. во флот штурманов, которые знают довольно морскую практику и бывали в дальних вояжах и добрые люди и о том искусстве и о бытностях в показанных вояжах ему экзаменовать и кто в каком достоинстве найдется, принимать в надлежащих контрактах, утверждая сверх его экзаменации, что каждое дело свое знает и не искусством отговариваться не будет, числом от 5 до 10 человек, заключая жалованной годовой оклад от 12 до 15 рублей и в контрактах службу их в России утверждать лет по 5-ти неотлучно и на произвол на столько похотят, сколько принято будет таких ему Кошелеву привезти за собой». Привез ли Кошелев из заморских стран контрактников, в документах не указано. (19)

11 марта 1726 года эскадра снялась с якорей и направилась домой, в Россию. Огибали Британию с запада, в ее порты не заходили.

15 апреля. Прошли датский порт Эльсинор.

20 апреля. Зашли в гавань Капенгагена.

30 апреля. Эскадра вернулась в Ревель, о чем отсалютовала пушками. В порту корабли проинспектировал контр-адмирал Т.Сундерс. Корабли были направлены в Кронштадт на разгрузку.

15 мая. Ровно через год после начала, экспедиция завершилась успешно, без потерь, выполнив поставленные перед ней задачи. Корабли в Кронштадте встречали торжественно, с пушечной пальбой.
На следующий день был объявлен именной Ее императорского величества указ: «от флота 3-го ранга капитана Ивана Кошелева, другим не в образец, написать в капитаны 1-го ранга, понеже он в Испании с российскими кораблями был первым…». (20)

После наград началась обычная рутинная работа: капитанами кораблей сдавались в контору генерал-кригс-коммисара табели, коносаменты — в коммерц-коллегию. С судов выгружалась соль, масло деревянное (оливковое), изюм и прочие товары. Все это подсчитывалось, учитывалось. Рассчитывалось жалование экипажу, выдавались деньги … (21)

По итогам всей этой роботы, 2 декабря 1726 года Адмиралтейств-коллегия приняла решение поощрить всех обер- и унтер офицеров, принимавших участие в Испанской экспедиции. Все, кто прослужил в звании 4 года, освобождались от экзаменов для получения следующего звания, поскольку они делом доказали свое мастерство и знания.
В последующем Кошелеву было присвоено звание капитан-командор. С 1727 по 1729 год он был директором Московской Адмиралтейской конторы. Умер капитан первого российского океанского путешествия 49-ти лет от роду, в 1732 году.

МБУК «Рязанский музей путешественников»
Старший научный сотрудник
Попов Николай Семенович

Цит. по публикации на сайте: Рязанский музей путешественников.

___________
* Иван Михайлович Кошелев иногда фигурирует с отчеством Родионович.

Источник: https://vk.com/wall-102687008_4778

от admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *