Главное в этом фрагменте заключительной речи: обсуждение обширнейшей системы должностей и обязанностей в СС, СД, гестапо и правительстве.По сообщению Телеграфного агентства Советского Союза.

Система сочетания руководящих должностей в гитлеровской партии с руководящими должностями, а террористических организациях СС, СД, гестапо, правительстве способствовала осуществлению планов фашистских заговорщиков, облегчала осуществление планов подчинения и контроля над германским народом и государством.

Рейхсфюрер Гиммлер одновременно являлся рейхслейтером немецко-фашистской партии.

Рейхсляйтер Розенберг был генералом СС и СА.

Министр иностранных дел был генералом СС, а заместитель фюрера Тесс был одновременно имперским министром.

Председатель тайного совета Нейрат был генералом СС, а один на руководителей гестапо, Бест, был крейслейтером гитлеровской партии и т. д.

Добившись при помощи своей партии полного контроля над Германией, гитлеровские заговорщики приступили к реализации своих агрессивных планов. В речи в рейхстаге 20 февраля 1938 г. Гитлер заявил:

«Величайшая гарантия национал-социалисткой революции заключается в полном внешнем и внутреннем господстве национал-социалистской партии над Германией и всеми институтами и организациями Германии… Все институты находятся под контролем верховного политического руководства».

Я уже указывал в заключительной речи, что немецко-фашистская партия под руководством Бормана превратилась в руководящую полицейскую организацию, находившуюся в самом тесном взаимодействии с германской тайной полицией и СС; что весь партийный аппарат немецко- фашистской партии был привлечён к реализации преступных агрессивных планов руководителей гитлеровской Германии; что партийный аппарат немецко-фашистской партии принимал активное участие в мероприятиях немецких военных и гражданских властей по бесчеловечному использованию военнопленных и угнанного в рабство населения оккупированных немцами территорий.

Когда на процессе говорилось о геббельсовской лжи, гиммлеровском терроре и риббентроповском коварстве ликом относилось к гитлеровской партии. Когда обвинение представляло доказательства преступной деятельности Геринга и Гесса, Розенберга и Штрейхера, Шираха и Франка, Шпеера и Заукеля, это были одновременно доказательства обвинения против немецко-фашистской партии, главарями которой были подсудимые. Эти доказательства вполне достаточны, чтобы признать всю гитлеровскую партию преступной организацией, как это понимает ст. 9 Устава Международного Военного Трибунала. Однако обвинение не ставит вопрос об ответственности рядовых членов партии, из которых стали жертвой своей доверчивости.

Мы ставим вопрос в полном соответствии с обвинительным заключением о признании преступной организацией только в отношении руководящего состава гитлеровской партии, который являлся мозгом, хребтом и движущей силой этой партии, без которых гитлеровские заговорщики. Не смогли бы реализовать свои преступные планы.

Руководящий состав был особой избранной группой внутри самой гитлеровской партии и, как таковой, был наделён специальными прерогативами. Политические руководители были организованы в соответствии с принципами фюрерства, которые применялись не только к Гитлеру, не и ко всему руководящему составу.

«Основа партийной организации принцип фюрерства», — указывалось в организационном уставе немецко-фашистской партии.

Каждый политический руководитель принимал присягу. В соответствии с партийным уставом текст присяги был следующий: «Я клянусь в нерушимой верности Адольфу Гитлеру, Я клянусь беспрекословно повиноваться ему и назначенным им руководителям».

Все политические руководители назначались в порядке специального подбора. Разница была только в том, что одни — рейхслейтеры, гаулейтеры и крейслейтеры — назначались лично Гитлером, другие — руководители управлений и отделов — гау и крейса, а также ортсгруппенлейтеры — гаулейтером, а такие политические руководители, как целленлейтеры, назначались крейслейтером.

Перед вами, господа судьи, прошли многие из этих рейхслейтеров и гаулейтеров.

На скамье подсудимых сидят рейхслейтеры Розенберг, Ширах, Фрик. Вместе с отсутствующими рейхслейтерами Борманом, Гиммлером, Леем, Геббельсом они составляли руководящую верхушку гитлеровской партии и правительства, и они же были руководителями фашистского заговора.

Вот сидит гауляйтер, Франконии — Штрейхер. Работорговец Заукель rayлейтер Тюрингии. Вы слышали о палаческой деятельности на Украине Эриха Коха. Эрих Кох был тоже гаулейтером. Гаулейтер Нижней Штирии Юберрейтер руководил массовыми расстрелами и казнями в Югославии. Я напомню несколько кратких записей о его деятельности.

«20. VI-1942 г. В районе Цилли за отчётный период было произведено 105 расстрелов и 362 ареста… Начальник полиции безопасности в течение ближайших двух недель очистит тюрьму. Часть заключённых будет переведена в другие тюрьмы, часть будет расстреляна. Таким образом, мы подготовим помещение для ближайшей кампании широких масштабов». «30. VI-1942 г. В Цилли расстреляно 67 человек. Среди них шесть женщин» и т. д.

Гаулейтер Вагнер свирепствовал в Эльзасе, гаулейтер Тербовен в Норвегии. Руководитель заграничной организации немецко-фашистской партии — гаулейтер Боле насаждал и руководил широко разветвлённой шпионско-диверсионно-террористической сетью за границей, создавал так называемые «пятые колонны» в различных странах.

Декретом от 1.IX 1939 г. шестнадцать гаулейтеров были назначены в качестве имперских уполномоченных по обороне. Позднее, в связи с необходимостью дальнейшей мобилизации военных резервов, гаулейтеры выполняют всё более и более важные функции, Каждая гау (область) становится областью обороны империи, и каждый гауляйтер становится комиссаром области. Декретом совета министров империи 16, XI 1942 года было установлено, что «в течение войны на гауляйтеров возлагаются особые функции». Во время войны поручались важные задания, все отрасли германской военной экономики координировались ими.

В конце войны гаулейтеры были командующими фолькештурмом в соответствующих районах.

Вспомним, что, когда был назначен в марте 1945 г. уполномоченным Гитлера по тотальному разрушению промышленных объектов, мостов, железных дорог и средств связи, он свою телеграмму направил гауляйтерам, ибо на местах они руководили разрушением важных объектов.

И после всего этого защита пытается представить гитлеровскую партию в виде какого-то благотворительного общества, а её вожаков — в роли дам-патронесc, пытается запутать ясный вопрос ворохом показаний, собранных в различных тюрьмах и лагерях, где содержатся арестованные фашисты. Защитник Серватиус понимает, доказательная ценность этого вороха письменных показаний весьма сомнительна.

И он мобилизует последний аргумент, заявляя: «Защитник не имел возможности посетить лагери в Австрии, с советской зоны не поступают ходатайства». Но разве после этого показания свидетелей защиты стали более убедительны? Разве меняет положение то обстоятельство, что Серватиус не побывал в Австрии? Серватиусу была предоставлена неограниченная возможность посещения лагерей в советской зоне оккупации. Он побывал в некоторых лагерях, он знал, что о праве членов организации подавать заявления в Трибунал, о праве высказываться перед Трибуналом — публиковалось неоднократно в газетах, издающихся в советской зоне, и об этом передавалось по радио.

Серватиус всё знал и тем не менее пытался ввести в заблуждение Трибунал. Пытался он это сделать и в других случаях. Когда Серватиус ссылается на распоряжение Гесса от 27. 7. 1935 г. в подтверждение того, что корпус политических руководителей не существовал и что якобы само название «политический руководитель» не было официальным, он умалчивает, что в этом самом распоряжении Тесса указывалось: «термин «политические руководители», само собой разумеется, остаётся в употреблении».

Серватиус искусственно увеличивает численность руководящего состава немецко-фашистской партии до двух миллионов ста тысяч человек, чтобы демагогически принимать обвинению стремление наказать миллионы немцев, В то же время он совершенно бездоказательно утверждает, что из работников гаулейтеров 140.000 было лишь «почётными работниками», с тем, чтобы укрыть от законной ответственности видных фашистских вожаков.

Матёрый фашист Кауфман, вызванный защитой к свидетельскому пульту, член немецко-фашистской партии с 1921 года и гаулейтер с 20-летним стажем, оказывается, ничего не знал о преступлениях гитлеровских заговорщиков, он вообще был «социалистом» и только заботился о благосостоянии населения.

Другой свидетель защиты — Ганс Beгшейдер, бывший на протяжении 12 лет ортсгруппенлейтером, в своих показаниях пошёл ещё дальше. Оказывается, что в течение 12 лет у него даже не было времени прочесть «Майн кампф»

Третий свидетель Менер-Вендеборн, крейслейтер с 1934 г., в стремлении выгородить своих сообщников превзошёл даже Кауфмана. Если последние на поставленный ему вопрос: «Относились ли блоклейтеры и целленлейтеры к политическим руководителям?» ответил утвердительно, то Мейер-Вендеборн на этот же вопрос ответил: «Нет».

Можно было бы и на других примерах показать несостоятельность позиции защиты, но и считаю, что нет нужды полемизировать с защитой, прибегающей к свидетелям, подобным Кауфману, Вендеборну и им подобным.

Среди политических руководителей гитлеровской Германии (этот термин, как видно из документа защиты № 12, был узаконен распоряжением Гесса от 27.7 1935 года), в рамках партийной иерархии немецко-фашистской партии имелась отдельная группа так называемых «хохайтстрегеров» — носителей власти, которая занимала особое положение.

Особый характер политических руководителей, являющихся «хохайтстрегерами», указан в «организационной книге (уставе) НСДАП» и специальном журнале под названием «Дер хохайтстрегер», секретным для всех, кроме определённого круга руководящего состава немецко-фашистской партии, СС и СА.

Содержание журнала «Дер хохайтстрегер» показывает, что руководящий состав гитлеровской партии уделял постоянное внимание мерам и доктринам, которые проводились в жизнь в ходе осуществления фашистского заговора, В 1937-38 г.г. журнал помещал клеветнические антисемитские статьи, в том числе небезизвестного Лея, на церковь, обосновывал необходимость расширения жизненного пространства и захвата колоний, печатал статьи моторизации армии, об использовании гитлеровских ячеек и блоков для достижения благоприятных для гитлеровцев результатов голосования при проведении плебисцита, пропагандировал культ фюрерства, расовую теорию и т. п.

Об этом писалось из номера в номер. И после этого защита пытается утверждать, что руководящий состав гитлеровской партии не был осведомлён о планах гитлеровских заговорщиков.

Гитлеровцы всячески пытаются сейчас открещиваться от компрометирующей связи с гестапо и СД, но ведь эта связь неоспорима.

Ещё 26.VI 1935 года Борман издал распоряжение, в котором указывалось:

«Для того, чтобы осуществить более тесный контакт между органами партии и её организациями и руководителями государственной тайной полиции (гестапо) заместитель фюрера просит, чтобы руководители гестапо приглашались на все крупные митинги партии и её организации».

B другом распоряжении от 14.11 1935 года за подписью того же Бормана указывалось:

«Поскольку успех работы партии в основном зависит от работы СД, недопустимо, чтобы размах её зависел от нападок, вызванных провалом отдельных лиц. Наоборот, ей нужно от всего сердца помогать».

В распоряжении Трибунала имеются многочисленные доказательства тягчайших преступлений, в которых принимал участие весь руководящий состав гитлеровской партии, начиная от рейхслейтеров и кончая блонлейтерами, Я напомню только о некоторых из них.

Осуществляя планы гитлеровских заговорщиков по порабощению народов Югославии, крейслейтер округа Петтау при помощи ортсгруппенлейтеров и блоклентеров уничтожал все надписи, таблицы, плакаты и т. д., написанные на словенском языке, Этот фашистский правитель дошёл до того, что поручил группенлейтерам «позаботиться о том, чтобы словенские надписи были срочно и без остатка удалены также и со всех икон, часовен и церквей».

В письме от 13. IX — 1944 года, адресованном всем рейхслейтерам, гаулейтерам и крейслейтерам, Борман сообщал о соглашении с ОКВ (Верховное Командование вооружённых сил) по «сотрудничества партии при использовании рабочей силы военнопленных. Поэтому офицерам, принимающим участие в делах военнопленных, дано распоряжение сотрудничать в тесном контакте с хохайтстрегерами; комендантам лагерей военнопленных приказано немедленно командировать офицеров связи в распоряжение крейслейтеров».

Каковы были результаты сотрудничества я как использовались военнопленные в Германии, известно.

Приказом Геринга от 27. III 1942 года, в связи с назначением Заукеля генеральным уполномоченным по использованию рабочей силы, предусматривалось, что Заукель пользуется правом отдавать распоряжения «…также органам партии, не составных частей и примыкающим к ней организациям»

И Заукель использовал это право. Как писал Заукель в своей «программе, изданной в день рождения фюрера», он, «с согласия фюрера и господина рейхсмаршала, а также начальника партийной канцелярии», назначил всех гауляйтеров германской империи своими уполномоченными. Задачи гаулейтеров были сформулированы приказом Заукеля следующим образом:

«Обеспечение бесперебойного взаимодействия всех государственных, партийных, военных и хозяйственных инстанций для достижения максимального эффекта области использования рабочей силы».

25. IX — 1944 года Гиммлер издал совершенно секретную директиву «об укреплении дисциплины и производительности иностранных рабочих». В этой директиве Гиммлер обязывал: партийных руководителей предприятий особо тщательно наблюдать за настроениями иностранных рабочих. Для этой цели необходимо тесное сотрудничество партийных, государственных и хозяйственных инстанций с гестапо».

Далее в этой директиве указывалось, что члены немецкой фашистской партии по указанию крейслейтера и через ортсгруппенлейтера обязываются «самым решительным образом следить за иностранными рабочими и о своих наблюдениях неукоснительно сообщать партийным руководителям предприятий для дальнейшей передачи этих наблюдений уполномоченным абвера (обороны)». Там, где не было постоянного уполномоченного абвера сведения передавались ортсгруппенлейтеру

.На фотографии: гауптштурмфюрер СС Эрвин Майердресс и Оберштурмбаннфюрер СС Курт Майер над картой боевых действий. Украина, 1943 год.Автор фотографии неизвестен.Источник: waralbum.ru

от admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *