3 сентября 1932 года были убиты жители села Герасимовка, братья Павел и Федор Морозовы, мальчики тринадцати и восьми лет соответственно.

(Ссылка на ранний текст)

Павлика Морозова в советское время представляли героем, отдавшим жизнь в классовой борьбе, а в перестроечное и постперестроечное время он стал одной из главных мишеней государственного и бытового антисоветизма, приобрел репутацию доносчика, предавшим собственного отца. Реальность, как это часто бывает, оказалась прозаичнее.

На самом деле Павлик пионером не был, пионерская организация в его родном селе Герасимовка появилась спустя месяц после его зверского убийства. Галстук на портрете ему дорисовали. Не был Павлик и борцом с расхитителями колхозного хлеба. Никаких доносов на отца он не писал. Все, что сделал Павлик — лишь подтвердил показания матери, которая на суде заявила, что отец Павлика Трофим Морозов, будучи председателем сельсовета, продавал справки кулакам-переселенцам о приписке к сельсовету и об отсутствии у них задолженности по налогам перед государством. Эти справки были на руках у чекистов, и Трофима Морозова судили бы и без показаний сына. Его и еще нескольких председателей района арестовали и отправили в тюрьму.

Отец Павлика, Трофим Морозов, имел скандальную репутацию: он был гулякой, изменял жене, бил ее и в результате бросил с четырьмя детьми. Дед Павлика был жандармом, а бабушка – конокрадкой. В поступке Павлика не было никакого политического подтекста – он просто поддержал мать, несправедливо обиженную отцом. А бабка с дедом за это возненавидели и его, и мать. К тому же когда Трофим бросил жену, по закону его надел земли перешел к старшему сыну Павлу, так как семья оставалась без средств к существованию. Убив наследника, родственники могли рассчитывать на возврат земельного участка.

Спустя несколько месяцев после этого Павел (которому было 13 лет) и его 8-летний брат Фёдор, отправившиеся в лес за ягодами, были найдены мёртвыми с ножевыми ранениями. В качестве свидетельства приведем данные акта осмотра тел, составленного участковым милиционером Яковом Титовым, в присутствии фельдшера Городищевского медпункта П. Макарова, понятых Петра Ермакова, Авраама Книги и Ивана Баркина:

“Морозов Павел лежал от дороги на расстоянии 10 метров, головою в восточную сторону. На голове надет красный мешок. Павлу был нанесён смертельный удар в брюхо. Второй удар нанесён в грудь около сердца, под каковым находились рассыпанные ягоды клюквы. Около Павла стояла одна корзина, другая отброшена в сторону. Рубашка его в двух местах прорвана, на спине кровяное багровое пятно. Цвет волос — русый, лицо белое, глаза голубые, открыты, рот закрыт. В ногах две берёзы.”

Решением Уральского областного суда в убийстве Павла Морозова и его брата Фёдора признаны виновными их собственный дед Сергей и 19-летний двоюродный брат Данила, а также бабушка Ксения (как соучастница) и крёстный отец Павла, Арсений Кулуканов, приходившийся ему дядей (в качестве деревенского «кулака» — как инициатор и организатор убийства).

После суда Арсений Кулуканов и Данила Морозов были расстреляны, восьмидесятилетние Сергей и Ксения Морозовы умерли в тюрьме. В соучастии в убийстве был обвинён и другой дядя Павлика, Арсений Силин, однако в ходе суда он был оправдан.

Весной 1999 года сопредседатель Курганского общества «Мемориал» Иннокентий Хлебников направил от имени дочери Арсения Кулуканова Матрёны Шатраковой ходатайство в Генеральную прокуратуру о пересмотре решения Уральского областного суда, приговорившего родственников подростка к расстрелу.

Генеральная прокуратура, занимающаяся реабилитацией жертв политических репрессий, пришла к выводу, что убийство Павлика Морозова носит чисто уголовный характер, и убийцы не подлежат реабилитации по политическим основаниям. Это заключение вместе с материалами дополнительной проверки дела № 374 было направлено в Верховный суд России, который принял решение об отказе в реабилитации убийцам Павлика Морозова и его брата Фёдора. https://t.me/uzhukova/2674

от admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *