К июню 1950 года напряжение на Корейском полуострове достигло своего апогея. Обе стороны грядущего конфликта, КНДР и Республика Корея, ориентирующиеся на Москву и Вашингтон соответственно, стремились к объединению страны, допуская при этом применение вооружённых сил. Положение дел было крайне неустойчивым, и 25 июня 1950 года местность в районе 38-й параллели стала ареной боёв между войсками обеих стран. Натиск северян был сокрушительным: уже к сентябрю под контролем армии КНДР находилось около 90 % территории Республики Корея.

Развив наступление на юг, командование Корейской народной армии в лице Ким Ир Сена обратилось к руководству СССР с просьбой направить советских военных советников в части, ведущие бои на передовой. Чрезвычайный и полномочный посол СССР в КНДР Терентий Штыков заочно пообещал северокорейскому вождю требуемую помощь, но, как оказалось впоследствии, допустил серьёзную ошибку. Советское руководство изначально сделало ставку на то, что война будет вестись силами Корейской народной армии с привлечением ограниченного числа военных советников из СССР. Их работа проходила в обстановке строгой секретности. Они не состояли на учёте в консульском отделе советского посольства, а прибывали на место службы в штатском. Самостоятельно издавать приказы и распоряжения войскам КНА советские советники не могли. При этом командование корейской армии не решало вопросы подготовки, организации и ведения боевых действий без их участия.

Вскоре советскому послу пришла телеграмма от Сталина. В ней руководитель Советского государства запретил посылать советников на передовую, но тем не менее разрешил направить некоторое их количество в штаб фронта и в армейские группы под видом сотрудников газеты «Правда». Также Сталин поставил Штыкова в известность о том, что тот будет нести личную ответственность перед советским правительством в том случае, если хотя бы один из советников попадёт в плен.

Первоначальные успехи КНА сменились чередой поражений после того, как в сентябре 1950 года в районе города Инчхон был высажен 10-й армейский корпус США общей численностью порядка 45 тысяч человек. В результате наступления превосходящих американских и южнокорейских войск силы Корейской народной армии были отброшены к северу от 38-й параллели.

Над КНДР нависла угроза военного поражения и оккупации. Согласовав свои действия со Сталиным, правительство Китая отправило на помощь Северной Корее многочисленную группировку своих «народных добровольцев». Тогда же, осенью 1950 года, вступил в войну легендарный 64-й истребительный авиакорпус ВВС и ПВО СССР, на вооружении которого состояли новейшие на тот момент истребители МиГ-15. На советских лётчиков возлагалась следующая задача: обеспечить прикрытие промышленных и административных центров Северо-Восточного Китая, тыловых коммуникаций войск КНР и КНДР и других важных экономических и военных объектов от ударов американской авиации. При этом пилотам МиГ-15 было запрещено приближаться к линии фронта ближе чем на 100 километров и летать над морем. Так же, как и советники, советские лётчики действовали в условиях строжайшей секретности. Опознавательные знаки на самолётах, форма пилотов, их документы и псевдонимы — всё это было китайским. Поначалу от лётчиков требовалось использование во время воздушного боя фраз на корейском языке, но это требование было заведомо невыполнимым.

В начале войны основной ударной силой военно-воздушных сил США были стратегические бомбардировщики, ставшие лёгкой добычей для советских МиГов. 12 апреля 1951 года вошло в историю американских ВВС под названием «Чёрный четверг». В результате атаки советских МиГ-15 авиация США меньше чем за 10 минут понесла огромные потери: десяток бомбардировщиков B-29 и четыре истребителя. Для того чтобы вновь завоевать господство в воздухе, американское командование перебросило в Корею новейшие истребители F-86 «Сейбр». Район реки Ялуцзян, протекающей по границе КНР и КНДР, получил от американских пилотов уважительное название «Аллея МиГов» — именно здесь прошли первые крупномасштабные сражения c участием реактивной авиации. Несмотря на то что эффективность действий советских лётчиков снизилась после того, как основной ударной силой американских ВВС стала штурмовая авиация, общее соотношение сбитых самолётов было в пользу 64-го авиакорпуса.

По данным Центрального архива Минобороны Российской Федерации, советские лётчики за время войны сбили почти 1100 бомбардировщиков, истребителей и других воздушных судов противника, потеряв при этом от 319 до 335 самолётов. Кроме того, 212 вражеских самолётов было сбито огнём зенитной артиллерии 64-го авиакорпуса. Помощь военных советников и лётчиков из СССР оказала серьёзное влияние на весь ход Корейской войны.

Советские ВВС успешно оспорили господство американской авиации в своей зоне ответственности, показав на деле, чем могут обернуться легкомысленные планы заокеанских стратегов по нанесению превентивных авиаударов по территории Советского Союза. В свою очередь, деятельность советнического аппарата, несмотря на его немногочисленность, благоприятно сказалась на повышении уровня боеспособности КНА и войск КНР. В ходе войны китайские и северокорейские солдаты успешно противостояли мощному и хорошо экипированному противнику в лице войск ООН.

#Предложка@dighistory
#Новейшеевремя@dighistory

от admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.