Были такие досократики. Это значит, философы до Сократа.

Одного из них звали Горгий из Леонтины, потому что он был из Леонтины. Горгий был грек, но жил благоразумно на Сицилии. Живя там, он очень любил троллить других досократиков, в первую очередь, шибко умных из Элеи.

Шибко умные греческие философы жили в Великой Греции, которая по странному стечению обстоятельств располагалась в Лукании (это Италия, если что). Занимались они, по общему мнению какой-то хернёй, которая потом стала онтологией — наукой о бытии. Кому это надо тогда никто не понимал.

Не понимал и Горгий, принявшись умников троллить.

Так как умники любили онтологию и гносеологию (науку о познании), а также эпистемологию (извините), то издеваться лучше всего было в этом направлении. И Горгий начал.
Получился у него офигенный трактат «О том чего нет, или о природе».
Ударными позициями, от которых у Парменида, Зенона и Ксенофана должно было полыхнуть в задней полусфере, стали:

  • Ничто не существует;
  • Даже если нечто существует, то оно непознаваемо;
  • Даже если и познаваемо, необъяснимо другому.

Довольно мутная концепция потребовала пояснений даже в среде тех, кто шибко умных не шибко любил. Но Горгий оказался тот ещё. Пояснения пали на головы слушателей.
Следите за руками.

  1. Нельзя сказать, что ничто существует, потому что его нет.
  2. Но если мы говорим, что ничего нет, то оно есть, потому что мы об этом говорим.
  3. Но раз ничто есть и есть что-то, то что-то и нечто одинаково существуют.
  4. А раз так, то бытие и небытие равны друг другу.
    Как тебе такое, Парменид?!

Едем далее.

  1. Всё что есть можно познать.
  2. Но если ничто и нечто — одно и тоже, то:
  3. Внутре ничто нет вообще ничего, то есть, познавать там нечего, потому как пустота и полное отсутствие всякого присутствия. Следовательно, познавать его никак не выйдет.
  4. Однако, если ничто и нечто равны друг другу, то и нечто познавать не выйдет, потом что внутре нечто тоже ничего нет. Или есть, но это не важно.

Разобравшись с бытием и познанием, Горгий вдарил по передаче информации, здорово подпалив не только Пармениду, но и всем сторонникам копирайта.
Информацию касательно познания передать невозможно. Почему?
А вот:

  1. Ложь — это враньё, неверное утверждение, а значит, его нет, оно равно нулю. Колесницы не могут соревноваться в скачках на воде по воде. Нет таких скачек — это ноль, ничего, отставить, фу, прекратите. Значит, ложь — это небытие.
  2. Но бытие и небытие — это одно и тоже (см. пункт 1-1-4).
  3. Раз так, ложь равна истине.
  4. Если ложь и истина — одно и тоже, значит, познавай не познавай — всё едино, любое утверждение будет одинаково верным и неверным.

А ещё, если мы и сумеем вдруг познать что-то, рассказать ничего никому невозможно. Почему?

  1. Знание сидит внутри головы, там оно есть.
  2. Как только мы передадим его кому-то, знание появится сразу в двух (и более) головах.
  3. Но один предмет не может существовать одновременно в двух местах.
    Вывод: хрен вы кому чего расскажете, натурфилософы!

Говорят, Парменид занял у Горгия 100 драхм и не вернул. Пока Горгий бегал за ним с воплями «верни деньги, говнюк», Парменид с хохотом отвечал, что ничего у Горгия не брал.
На обвинение «врёшь, гад», бородатый элеец (с хохотом) говорил, что мол, какая разница, ведь вранья, как и правды не существует, поэтому, брал он деньги или нет — всё едино!

Вот такая философия. В спорах с этими северными чурками из Элеи Горгий так поднаторел, что неожиданно для себя стал отцом риторики.
Что удивительно, Горгиевы мутные рассуждения так зашли, что в разных вариантах их транслируют до сих пор. Беркли, Мах, Авенаруис, Деррида и всякие постструктуралисты.

Автор: Клим Жуков https://t.me/uzhukova/2594

от admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.